Сегодня, 8 мая, Министерство транспорта России объявило о закрытии 13 аэропортов на юге страны, от Астрахани до Сочи. Это решение было вызвано атакой беспилотного летательного аппарата (БПЛА), который попал в здание ростовского филиала «Аэронавигации Юга России». Чтобы разобраться, почему один удар привел к остановке всего южного авиасообщения, портал 76.Ru изучил структуру этой организации.
Ростовский филиал «Аэронавигации Юга России» является частью государственной монополии, отвечающей за организацию воздушного движения в России. Его основная задача — обеспечить безопасность полетов. Этот филиал не просто офис, это зональный центр Единой системы организации воздушного движения, который координирует полеты на огромной территории площадью более 728 тысяч квадратных километров.
В зону ответственности ростовского филиала входят 13 регионов, включая Ростовскую, Волгоградскую, Астраханскую области, Краснодарский и Ставропольский края, а также республики Северного Кавказа, Калмыкию и Адыгею. Кроме того, он контролирует акватории Азовского, Черного и Каспийского морей.
Централизация управления воздушным движением объясняет, почему атака на одно здание привела к закрытию всех аэропортов в южной части России. Ростовский центр является «мозгом» южного неба, а все аэропорты — «конечностями», которые выполняют его команды. В состав филиала входят 12 центров обслуживания воздушного движения, каждый из которых отвечает за свой аэропорт или группу аэропортов.
Когда беспилотник попал в здание ростовского филиала, это нанесло урон не только офису. Внутри находятся диспетчерские пункты, радары и системы связи, которые работают как единый организм. Если «мозг» отключается, «руки» остаются бездействующими.
Каждый день в южном небе обслуживается от 1200 до 1600 воздушных судов. Зона ответственности ростовского центра включает 15 аэродромов, 13 из которых являются международными. Диспетчеры в аэропорт работают только до тех пор, пока самолет не наберет высоту; затем контроль передается зональному центру, который следит за маршрутом и координирует пересечение границ с соседними зонами.
Система управления воздушным движением не допускает сбоев. Каждый зональный центр сертифицирован для конкретного воздушного пространства, а диспетчеры проходят специальную подготовку. Хотя теоретически управление ростовским небом могут взять на себя диспетчеры из Москвы или Самары, экстренная передача управления требует времени и перенастройки радиочастот. В авиации нет права на ошибку, поэтому, когда основной «мозг» выходит из строя, вводится режим «Zero Rate» (нулевая пропускная способность), и небо закрывается до тех пор, пока резервная инфраструктура не возьмет зону под контроль.
Таким образом, удар по одному зданию в Ростове остановил всё южное авиасообщение не из-за недостатков в резервировании, а из-за самой природы централизованной системы аэронавигации. Ростовский зональный центр является единой точкой управления для обширной воздушной зоны, и его выход из строя приводит к сбоям во всей системе.
По мнению заслуженного военного летчика России Владимира Попова, произошедшее — это серьезный просчет как со стороны властей, так и со стороны военных. «Это важнейший пункт контроля неба над югом, который нужно охранять как зеницу ока. Мы видим, что беспилотники спокойно долетают и наносят повреждения, которых не должно было случиться», — заявил Попов.
Эксперт выразил сомнение в быстром восстановлении работы центра. Хотя масштаб повреждений остается неясным, он отметил, что атаки БПЛА на подобные центры могут повториться, что приведет к новым ограничениям в работе аэропортов.
По словам Попова, в советское время все гражданские авиаобъекты находились под строгим контролем военных, что обеспечивало более высокий уровень безопасности. «В последствии, когда акцент был сделан на экономику, мы получили то, что имеем сейчас», — подытожил он.
Попов также считает необходимым усиливать оборону авиаузлов средствами противовоздушной обороны и налаживать сотрудничество с военными для быстрой организации резервов во время подобных атак. Он привел в пример систему, с которой ознакомился в ходе командировки на Аляску.
В России гражданская аэронавигация и военная — это параллельные миры. «Аэронавигация Юга России» подчиняется Росавиации, тогда как военные диспетчеры относятся к Минобороны. Если происходит удар по гражданскому центру, военные не могут его заменить, так как у них другие системы и процедуры.
В США существует система, позволяющая военным быстро взять на себя управление в случае выхода из строя гражданского центра. В России такой возможности нет, что ставит под угрозу безопасность воздушного пространства.
Министерство транспорта РФ уже сделало заявление относительно ситуации. Специалисты оценивают ущерб, а авиакомпаниям поручено скорректировать расписание рейсов. «При задержке рейсов пассажирам оказываются услуги в рамках федеральных авиационных правил, которые включают предоставление напитков и питания, а также организацию размещения в гостиницах», — отметили в министерстве.
Глава Минтранса Андрей Никитин поручил авиаперевозчикам совместно с ОАО «РЖД» и Единой транспортной дирекцией организовать перевозки пассажиров отмененных рейсов на поездах и автобусах. В ближайшее время будет принято решение о сроках возобновления рейсов в южном направлении с сокращенной частотой полетов. На данный момент полеты на юге приостановлены до 23:59 11 мая, и Росавиация подтвердила, что эти сроки могут быть пересмотрены в сторону сокращения.
