«Каждый живет своей жизнью. У каждого есть свои достижения и поражения. Каждый идет своим путем. И когда мне говорят: „Лех, вот повезло же тебе“, я могу улыбнуться только в ответ. Пусть думает, что так и есть. Ведь никто не знает, чего мне стоило и стоит это везение». Это слова человека, которого в Омске звали просто — Чери. Сейчас ему было бы 37. Взрослый мужчина. Возможно, тренер. Возможно, ветеран, который рассказывал бы молодым, как в 17 обгонял защитников Суперлиги и забивал голы, которые до сих пор пересматривают на YouTube. Но Алексея Черепанова нет уже 18 лет.

13 октября 2008 года в подмосковном Чехове «Витязь» принимал омский «Авангард». На скамейке запасных сидел 19-летний парень, которого в российском хоккее успели окрестить Сибирским Экспрессом. За три минуты до финальной сирены ему стало плохо. Он потерял сознание. К нему бросились врачи.

Через несколько часов страна узнала: один из самых ярких талантов поколения умер. Впереди были карьера в НХЛ, вызов в сборную. За сухими строчками новостей осталась история мальчика из алтайского села, который в 12 лет уехал от родителей в Омск, чтобы стать хоккеистом. И стал. Пусть и ненадолго. Сегодня вместе с отцом спортсмена Андреем Черепановым 76.Ru расскажем, каким был путь его сына к славе, что на самом деле произошло в тот вечер в Чехове и почему его смерть до сих пор вызывает больше вопросов, чем ответов. Подробности — в материале Анастасии Чесноковой.

Будущая звезда мирового хоккея родилась в небольшом селе Озерки Алтайского края. Спортом Леша начал заниматься с малых лет. Шустрый и активный, вспоминает отец Андрей Черепанов. Мальчик пробовал футбол, волейбол, баскетбол, но выбрал хоккей. Отцу приходилось возить сына в Барнаул (50 километров от села), чтобы тот тренировался в команде «Мотор». Первые успехи на льду Леша показал уже в восемь лет.

«У нас первые соревнования были. Это 1998 год. Играли в Барнауле. Алексей играл в защите за „Мотор“. Он больше всех голов забил. Одна родительница из команды „Сибирь“ говорит: „Откуда этот пацан? В таком возрасте так играть нельзя“. Подали протест. Потом определилось, что всё хорошо, эти же родители, когда мы приезжали куда-то на соревнования, спрашивали: „А можно нам Леху к себе в команду?“», — улыбаясь, рассказывает Андрей Алексеевич.

Глава Озерского сельсовета Сергей Кузякин говорит, что будущий спортсмен вырос у него на глазах. Мальчик всегда был с отцом. «Он всё время был с отцом. Его всегда за собой, везде, на все мероприятия, особенно на спортивные, всегда он с собой его брал. Только-только научился ходить, а уже он его на коньки пытался ставить. Надо отдать должное, если бы не родители, то вряд ли у Лешки бы что-то получилось, потому что они с малолетства на тренировки возили», — делится с 76.Ru Кузякин.

В школе Леша почти не учился. Всё время занимал спорт. К счастью, учителя относились с пониманием. «Они не учились. Учителя же знали, что у них хоккейный класс. Знали, что не болтаются, занимаются серьезно, профессионально. Придут — кто-то спит, кто-то там что-то пишет, кто-то списывает. Не напрягались сильно. Самое главное — это не учеба, это воспитание», — говорит Андрей Черепанов.

Кузякин добавил: Алексей никогда не был хулиганом. «Нормальный, ровный парень. Со всеми ровные отношения. Нельзя сказать, чтобы он как-то выделялся. Единственное — талант выразился по линии хоккея». Отец признается: никаких специальных методик по воспитанию спортсмена не было. Главное — личный пример.

«У меня не было такого, знаете, „делай вот так“. Ребятишки смотрят даже на тренера, как он себя ведет, о чем он говорит, с кем он общается. Не было такого, чтоб обидели кого-то, объясняли: это спортсмен, футболист, хоккеист. С ними надо осторожнее общаться. 90-е годы, понимаете, это было заведено». В 12 лет Лешу на турнире заметил тренер «Авангарда» Игорь Семенов и пригласил в школу клуба. Мальчик переехал в Омск. Поселился на базе недалеко от СибГУФК — вместе с другими ребятами из команды. Там же они тренировались и питались.

«Эти мальчишки с характером. У них постоянно была борьба на тренировках между пятерками. Были приучены много работать, всё делали с желанием, энтузиазмом, особенно Леха. Его порой было нужно останавливать. У Черепанова была хорошая черта — оценивать себя, свои силы. Он начинал играть в третьем составе, но на мое предложение перейти в первый отвечал отказом. Говорил, что рано еще. Чувствовалась взрослость в самооценке», — цитируют Игоря Семенова на сайте «Авангарда». Отец был не против переезда. Но в барнаульской команде Лешу не отпускали. Он был лучшим. Ему даже дали квартиру в центре города, лишь бы остался.

«Они же не отпускали. Я говорю: „Лех, ну здесь ты будешь со мной в Озерках, вместе будем за деревню шарашить, если не развиваться“. Вся контора не отпускала. Ему квартиру дали в центре города. Только живи, играй», — делится Андрей Черепанов. Маме Маргарите было страшно отпускать сына в другой город в таком возрасте. Но Леша сам настаивал на переезде.

«Он сказал, что, если его не отпущу, он вообще заниматься хоккеем не будет», — рассказывала Маргарита Черепанова. Дядя Леши, Анатолий Ященко, виделся с племянником редко, но переезд в Омск одобрял. «Общались, только когда он в отпуск приезжал или каникулы. Переезд в Омск, можно сказать, что здорово. Мальчишка нашел свое место», — признается Анатолий в беседе с корреспондентом 76.Ru.

В 2005 году 16-летний Леша сыграл пять матчей за «Омских ястребов». А через год дебютировал в «Авангарде». В фарм-клубе на Черепанова постоянно жаловался тренер: то водой кого-то обольет, то клюшку бросит, то шлем. «Тренер всё на него жаловался: плохое поведение. То Черепанов водой кого-то обольет, то шлем бросит, то клюшку, то тренер Игорь Петрович у него не такой. А я прикинул: пацан-то хороший, на следующий год подпускать буду. Забрал к себе на тренировку, чтоб со взрослыми мужиками пооббился. Разок выпустил, так он сразу забивать начал», — вспоминал экс-наставник «Авангарда» Валерий Белоусов.

В команде Леша быстро стал лидером — не по возрасту, а по интеллекту, говорит отец. Первую шайбу за «Авангард» он забросил 4 октября 2006 года в Омске — в матче против новокузнецкого «Металлурга». «Вышел против „Локомотива“. Перед матчем Валерий Константинович Белоусов сказал, что главное для нас — не пропустить. А мы в первую же смену взяли и пропустили. Следующий шанс мне дали в матче с новокузнецким „Металлургом“. Вышел вместе с Ячменевым и Горовиковым. И я забил. С передачи Ячменева. Он ведь в НХЛ играл вместе с великим Гретцки. Пошутил потом: „Первую шайбу я забросил там с паса Гретцки. Теперь я помог тебе отличиться. Гордись!“ Шайбу эту я сохранил», — рассказывал сам Черепанов «Российской газете».

Карьера летела стремительно: Черепанова регулярно вызывали в юниорские и молодежные сборные. Он привозил серебро и золото. На льду его постоянными партнерами были Александр Попов и Антон Курьянов. В 2007 году нападающий отнял рекорд у самого Павла Буре по числу голов для новичков в отечественных чемпионатах — 17 шайб в регулярке и еще три в плей-офф. За такую голевую прыть у форварда появилось прозвище Сибирский Экспресс. Тогда же на молодежном чемпионате мира его назвали лучшим бомбардиром команды. Черепанов мечтал попасть во взрослую сборную, стать чемпионом России.

«У Леши был дар на взятие ворот, и он умел держать удар. Вся его манера игры подходила под маленькие площадки. Правда, тогда хотелось, чтобы коньковая подготовка у него еще лучше была — в плане движения, техники, чтобы легкость была, затраты энергии меньше на катание уходили», — объяснял Семенов. В 2007 году на драфте НХЛ под 17-м номером Черепанова выбрал «Нью-Йорк Рейнджерс». Клуб сразу включился в борьбу за талантливого нападающего.

«На драфте первым номером взяли американца Патрика Кейна. В десятку лучших в истории НХЛ входит. Когда была презентация перед драфтом, я его на телефон снял. Я подошел, снимаю. Леха ко мне подходит: „Ты что делаешь?“ Говорю: „Ну вот Патрик Кейн“. Он берет телефон, посмотрел, взял стер. Посчитал недостойным, наверное. Есть пошире в плечах люди», — смеясь, рассказывает Андрей Черепанов.

Тогда Леша принял взрослое не по годам решение — остаться в родном клубе и набраться опыта. В следующем сезоне он был готов заменить в составе «Рейнджерс» Яромира Ягра — с ним Черепанов всегда мечтал играть в одной команде. И мечта сбылась. Правда, не в Америке, а дома — в «Авангарде». «Когда в детской команде играли они, к нам приехал Ягр. Звонит как-то и говорит: „Пап, ты знаешь, кто к нам в команду приехал?“ Я говорю: „Да ты что, Лех?“ Всё с таким восторгом рассказывал», — вспоминает отец.

Сам Черепанов говорил: Ягр для него четвертый тренер, который всегда поможет и даст совет. «Произошло важное событие — приехал Ягр. Я вообще считаю его своим четвертым тренером. Он всегда дает мне советы, если что-то не получается. После тренировок мы часто остаемся с ним и отрабатываем броски по воротам», — говорил Леша. Сезон-2008/2009 Черепанов начал мощно: 8 голов и 5 передач в 15 матчах. Девять игр подряд он не уходил с площадки без набранных очков.

13 октября 2008 года. Чехов. Ледовая арена. «Авангард» против «Витязя». В первом периоде Черепанов открывает счет — хитрым броском с кистей. Едет вдоль скамейки «ястребов», отмечает шайбу ударами краги по крагам партнеров. Как и обещал, начинает новую серию. Никто не знает, что этот гол — последний. Дальше игра складывается для омичей неудачно. За три с небольшим минуты до конца основного времени «Авангард» проигрывает 4:5.

Бригада скорой, дежурившая на матче, уехала до конца игры. У вызванных медиков не оказалось заряженного дефибриллятора. Черепанова реанимировали уколами адреналина и массажем грудной клетки. Его привезли в больницу. Там он ненадолго очнулся. В 22:55 его не стало. Причина — сердечный приступ. Ему было 19 лет.

«Я вслух всю реанимацию комментировал, сам всё в вену вводил. И врачи „Витязя“ очень активно помогали. А когда машина „катастроф“ приехала, то доктор раскрыл рот и у медсестры затряслись руки. Я продолжал работать. Брадикардия была 60 ударов в минуту. Там бы поддержать чуть-чуть. Кричу: „Давай быстрее!“ И слышу в ответ: „А у меня ничего нет“», — рассказывал экс-врач «Авангарда» Сергей Белкин в интервью «Матч». Лешу пытались спасти.

По словам Белкина, у Леши была миокардиодистрофия. Но не настолько выраженная, чтобы паниковать. Наложились утомление и срыв адаптации. Это была четвертая игра на выезде. А Леша равнялся на Яромира Ягра — приходил с ним ночами на тренировки. «Мне охранники в „Авангарде“ жаловались: „Василич, ваш этот Ягр тут ночами шарится, мы отдохнуть не можем“. И вот Леша очень ориентировался на Яромира. Мы с Валерием Белоусовым как могли его от этого отодвигали. Валерий Константинович очень берег Леху. Он видел, что это самородок». Отцу Сибирского Экспресса Андрею Черепанову больно вспоминать тот день. Подробностей он не стал рассказывать. Но сказал: сын всегда был здоровым человеком.

«Человека подписали в лучшую команду мира. Зачем им нужен инвалид? Они проходят тесты, приседают, отжимаются. Взяли бы туда инвалида? Ну чего смеяться-то? Игра, которая была, они через одну выходили с Ягром, проигрывали. Вот и всё. Говорить про то, что он больной, — это дело недалеких людей». Дядя Леши, Анатолий Ященко, узнал о смерти племянника ночью. Ему позвонил товарищ. С семьей тут же отправились в Омск. Это были самые трудные моменты, вспоминает он.

«Ночью было. Первый звонок мне сделал товарищ, который был у Андрея в гостях. Звонит — и такую трагическую весть выдал. Мы практически сразу к Андрею приехали в Омск. Уже в 11:00 на следующий день были там, и остальное в ожидании, когда привезут его. Самые трудные моменты были». Прощание состоялось через два дня. Черепанова похоронили на Старо-Северном кладбище — среди политиков, спортсменов, художников, артистов. Могилу найти просто: от главного входа налево, несколько шагов по тропинке. Над захоронением — огромная скульптура: Леша в полный рост. На джерси — ястреб, символ «Авангарда». Проводить его в последний путь на «Арену-Омск» пришло больше 60 тысяч человек. Одним из тех, кто нес гроб, стал Яромир Ягр.

«Люди начали подтягиваться к ледовому дворцу ранним утром. Трех часов, отведенных на прощание с талантливым игроком, попросту не хватило. Притом что „Арена-Омск“ приняла более 60 тысяч человек. Последним из них пришлось простоять в огромной очереди более полутора часов. Сыпались цветы, раздавались аплодисменты в качестве последней награды за его финты, хитроумные передачи и хлесткие броски по воротам. Одним из тех, кто нес на своих плечах гроб, был Яромир Ягр. На лице великого чеха застыла маска всепоглощающего горя», — писал «Спорт-Экспресс» 15 октября 2008 года.

Соб