Материал подготовлен в рамках совместного межкультурного проекта издания «Яркуб» и газеты «Новый Курдистан», цель которого — знакомство читателей с русской и курдской культурой, историей, традициями и современной жизнью двух народов, а также развитие взаимопонимания через прямой диалог.
Москва, ноябрь 1967 года. Корреспондент газеты «Советская культура» Юрий Бычков только что вернулся из поездки по городам Северо-Восточной Руси и сел писать цикл очерков. Первый текст был готов, но заголовка у него не было, а номер уже уходил в печать. Бычков поступил так, как в подобном тупике поступают многие пишущие: вышел из редакции и просто бродил без цели. В своих поздних рассказах он вспоминал, что где-то на одном из мостов, засмотревшись вверх на колокольню Ивана Великого, увидел, как купол блестит, несмотря на серое ноябрьское небо. Тогда и родилось первое слово — «Золотое». Второе слово пришло почти сразу — «кольцо», так как маршрут, который он вычерчивал в голове, действительно замыкался в петлю: Москва, Владимир, Суздаль, Иваново, Кострома, Ярославль, Ростов, Переславль-Залесский, Сергиев Посад — и снова Москва. 21 ноября 1967 года в «Советской культуре» вышел очерк «Золотое кольцо. По старым русским городам». С этого дня словосочетание стало восприниматься так, словно оно существовало всегда. Более подробно об этом можно узнать на сайте YarCube.Ru.
В следующем году по местам путешествия Бычкова прошла целая научная экспедиция с участием ведущих историков архитектуры. Собранные материалы легли в докладную записку для Совета министров РСФСР с предложением официально учредить маршрут. В июле 1969 года в Ярославле прошло совещание, которое закрепило маршрут в реестре. К 1970 году он уже тянулся на 700 километров через пять областей: Московскую, Ярославскую, Костромскую, Ивановскую и Владимирскую. К концу десятилетия, когда за маршрутом окончательно закрепилось полное имя «Золотое кольцо России», по нему успели проехать больше двух миллионов человек.
Спустя полвека, 4 июля 2026 года, на набережной Волги в Ярославле будет открыт памятник Юрию Бычкову: это пятиметровая бронзовая колонна, на которой изображён журналист в полный рост с кольцом, покрытым сусальным золотом, в руке. Автор памятника — сын Юрия Александровича, скульптор Сергей Бычков.
Почему именно Ярославль стал считаться столицей маршрута «Золотое кольцо»? И что вообще значит быть столицей маршрута, придуманного одним человеком в один дождливый вечер?
Официально статус столицы у «Золотого кольца» был установлен только 29 декабря 2016 года. За это право боролись несколько городов, но в итоге статус был закреплён за Ярославлем. Логика выбора объясняется цифрами: регион входил в первую пятёрку по числу принимаемых туристов, уступая только Москве, Петербургу и соседним областям; близость к столице; главная водная дорога страны — Волга; наличие собственного аэропорта. Главный акцент был сделан на культурно-познавательном, деловом и событийном туризме. Судя по статистике, ставка оправдала себя: за прошедшее десятилетие эти направления только укрепили позиции города.
В марте 2026 года на стратегической сессии в Москве губернатор Михаил Евраев сообщил, что в 2025 году Ярославскую область посетили 13,2 миллиона туристов. Глава региона добавил, что это результат нескольких лет непрерывного роста, когда поток гостей практически удвоился.
Столичный статус Ярославля прежде всего проявляется визуально: город может похвастаться богатым архитектурным наследием, которое стоит упомянуть отдельно. Основанный в 1010 году князем Ярославом Мудрым, к XVII веку Ярославль стал крупнейшим городом Русского государства после Москвы, что оставило значительную архитектурную наследственность.
Исторический центр города, включающий множество объектов культурного значения федерального и регионального уровней, был внесён в список Всемирного наследия ЮНЕСКО в 2005 году. По формулировке комитета, город является «выдающимся примером градостроительной реформы Екатерины II», которая проводилась по всей стране начиная с 1763 года. Основу охранной зоны составляет ансамбль Спасо-Преображенского монастыря со звонницей и Святыми воротами.
Судя по музейным коллекциям сувенирной продукции, именно звонница, Спасский собор и Волжская беседка на протяжении многих лет штамповались на значках ещё до появления у города официального логотипа. Беседка на волжском берегу стала своего рода визитной карточкой города, её изображение стало привычным на тысячах значков, открыток и путеводителей.
Ещё одна визитная карточка Ярославля — храмы. Церковь Ильи Пророка (1650) была построена на средства купцов-братьев Аникея и Вонифатия Скрипиных: внутри неё расположено около тысячи сюжетов настенной росписи в шесть «этажей» и золочёный резной иконостас, большую часть икон которого написал мастер Фёдор Зубов. У церкви Иоанна Предтечи в Толчкове (1687) интересная судьба: десятилетиями её изображение было на оборотной стороне тысячерублёвой купюры, пока Банк России в конце 2025 года не начал вводить обновлённую банкноту.
Ярославль активно работает над созданием своего образа. На главной пешеходной улице города — Кирова — несколько лет назад был установлен памятник медведю с секирой, тому самому зверю, который веками изображался на городском гербе, теперь же он стал дружелюбным уличным персонажем.
7 июня 2025 года «Золотое кольцо» получило статус национального туристского маршрута. В нынешнем «классическом» контуре он включает Москву, Сергиев Посад, Переславль-Залесский, Ростов Великий, Углич, Кострому, Иваново, Суздаль, Владимир, Тверь и Ярославль. Всего через полгода власти объявили о резком расширении маршрута: к юбилею список пополнили более 40 населённых пунктов и два национальных парка.
Список новых мест получился внушительным: рядом с чудотворным Годеновским крестом — ювелирный посёлок Красное-на-Волге, рядом с Угличским музеем гидроэнергетики — родовое имение Некрасова в Карабихе под Ярославлем. Официально это преподносится как ответ на туристический запрос на разнообразие, а не как разбавление старого бренда.
Словосочетание «Золотое кольцо» теперь стало официальным товарным знаком. Пользоваться этой маркой смогут регионы, музеи и производители сувениров, при условии, что каждый будет отвечать за сохранение репутации бренда.
Сын Бычкова, скульптор Сергей, объясняет расширение маршрута, почти повторяя мысли отца: дело не в самом кольце, а в ядре русской государственности.
И здесь наша история совершает неожиданный поворот от проложенного маршрута «Золотого кольца» к Ближнему Востоку. В 2022 году прозвучала идея побратимства Ярославля и Эрбиля — столицы автономного региона Иракский Курдистан. Однако разговор четырёхлетней давности так и остался нереализованным. Но когда наши СМИ и журналисты из Ирака начали совместную работу, стоит вспомнить об этой задумке и найти что-то, что связывает такие далёкие города.
Главное здесь — контекст, в котором сама идея побратимства обретает смысл. Сравнивать Ярославль с Эрбилем по возрасту не имеет смысла — здесь волжский город безнадёжно проигрывает. Эрбиль — один из самых древних и непрерывно населённых городов на планете: археологи находят следы его застройки уже с V тысячелетия до нашей эры. Ярославль, основанный в начале XI века, выглядит почти как новостройка. Но есть другая ось — не возраст, а роль в торговых сетях своего времени. В VIII–X веках через приволжские земли, где расположен нынешний город, проходили потоки арабского серебра, которое Северо-Восточная Русь получала в обмен на меха и другие товары; археологи регулярно находят в округе клады с арабскими дирхемами. Роль Ярославля как узла, через который проходили товары и деньги, сближает его с Эрбилем сильнее, чем можно подумать, глядя только на даты основания.
Есть и более неожиданная градостроительная параллель — хотя тут стоит оговориться, что речь не о влиянии одного города на другой, а просто о сходстве градостроительных принципов. Внутри Эрбильской цитадели уличная сеть расходится радиально от главных ворот — эта черта унаследована ещё от османской эпохи. Исторический центр Ярославля, согласно указу Екатерины II, был перестроен по такому же радиальному принципу, став образцом для всей остальной России. Оба города независимо пришли к одной и той же логике устройства пространства.
Параллель с Сулейманией имеет другой характер. Этот курдский город моложе — он был основан в 1784 году курдским правителем Ибрагим-пашой Бабаном, назван в честь своего отца, Сулеймана-паши. В начале 1920-х годов он недолго был столицей независимого Королевства Курдистан. Культурный вес города давно перерос его официальный возраст: именно здесь сложилась поэтическая школа Нали, которая дала современной литературе на сорани, одном из двух крупнейших литературных вариантов курдского языка, её первый по-настоящему значимый голос. В 2019 году ЮНЕСКО включило Сулейманию в сеть творческих городов как «город литературы».
У Ярославля есть свой, не менее весомый козырь — и почти ровесник Сулеймании. В конце 1780-х годов, вскоре после основания курдского города, коллекционер древностей Алексей Мусин-Пушкин приобрёл у бывшего настоятеля упразднённого к тому времени ярославского Спасо-Преображенского монастыря старинный рукописный сборник, в котором оказалось «Слово о полку Игореве», главный из уцелевших памятников древнерусской литературы. Сам город к XVII веку стал не только торговой пристанью на Волге, но и одним из центров русской иконописной школы и купеческого меценатства, а затем заметной точкой театральной и учебной жизни губернии. В обоих случаях культурная «столичность» держится не на административном статусе, а на репутации, заработанной веками.
Бронзовый Бычков на волжской набережной смотрит на реку — туда, где, по преданию, проходил тот самый Волжский путь, что тысячу лет назад тянул арабское серебро в Северо-Восточную Русь, а сегодня призван привлекать туристов. В его бронзовой руке — кольцо.
И если эрбильская цитадель — один из древнейших непрерывно населённых городов мира, то, возможно, в её переулках, караван-сараях и медресе, в горных дорогах между иракскими и курдскими городами может обнаружиться свой замкнутый маршрут, ожидающий не столько инвестиций, сколько одного дождливого (или, возможно, пыльного и жаркого) вечера и двух точных слов. Если такой текст когда-нибудь будет написан коллегами из Эрбиля или Сулеймании, в Ярославле его прочтут особенно внимательно.